Без единого выстрела Печать

"Без единого выстрела" (22.04.2014)

АЧС берёт в кольцо Белгородскую область, но украинские события и «бумажные» барьеры усложняют контроль над ситуацией

 

 

Живоловушка для диких кабанов

Как известно, африканская чума свиней недавно выявлена в Луганской области Украины. Павшего от этой напасти кабана обнаружили почти на границе с Белгородчиной.

АЧС распространяется очень быстро, а с Украиной сейчас потеряны практически все связи. В управлении Россельхознадзора по Белгородской области говорят, что и Министерство сельского хозяйства РФ, и их головное ведомство пытаются наладить контакт с украинскими коллегами, чтобы противодействовать АЧС, но те бездействуют.

Бюрократические препоны

На крупных предприятиях у нас приняты беспрецедентные меры биологической защиты. Дикая же природа сегодня – самая уязвимая территория.

У нас была аномально тёплая зима, а теперь и весна. Мероприятия, которые проводились в области (кормили кабанов и таким образом держали их под наблюдением), не дали ожидаемого эффекта. У кабана сегодня нет необходимости ходить на подкормочные площадки, так как в прошлом году был очень большой урожай желудей, какого не случалось уже лет пятнадцать. Поскольку у кабанов нынче кормёжки полно, концентрация в одном месте весьма проблематична. В такой ситуации визуальный контроль над ними снижается.

Другая проблема – бюрократические препоны, усложнившие мониторинг эпизоотической обстановки в регионе. В прежние годы в связи с любым заболеванием разрешалось в любое время отстреливать животных, регулировать их численность и при этом проводить мониторинг. Раньше решение о мониторинге было возложено на субъекты Российской Федерации. В приказе охотоуправления руководитель мог указать место и количество животных для отстрела с обоснованием причин, и этого было достаточно. Теперь необходимо писать обоснование в Москву.

Минприроды считает, что стрелять кабанов можно только при наличии снега, когда виден след, иначе животные, вспугнутые охотниками, разбредутся, и будет только вред. Понятно, что столичные чиновники действуют из благих побуждений, но бывают же экстремальные ситуации. АЧС, к счастью, люди не болеют, а если, допустим, бешеная лисица пришла в огород или во двор? Были случаи, когда больные лисы забредали даже в город. Что в таких ситуациях делать?

Вот мы и отправились вместе с сотрудниками управления Россельхознадзора по Белгородской области в охотничье хозяйство Шебекинского района, чтобы посмотреть, как в таких условиях «выкручиваются» охотоведы, чтобы и закон не нарушить, и порядок в природе поддержать.

Группировка крупная, но уязвимая

Шебекинско-корочанская группировка дикого кабана самая крупная в области, её численность около 1000 особей. И как раз она-то и находится почти на границе с Украиной. Луганская область граничит с Ровеньским, Вейделевским и Валуйским районами, но зверь, как известно, границ не различает.

В хозяйстве, занимающем площадь 23 тысячи гектаров, есть огромный вольер для содержания животных в неволе. Сетчатым забором обнесена территория в полторы тысячи гектаров. Там для дичи есть всё: поле, специально засеянное вперемешку подсолнечником и кукурузой, лес, вода.

«Вольер обустроен по всем европейским нормам, – оценил сооружение биолог-охотовед, ведущий специалист-эксперт управления Россельхознадзора по Белгородской области Сергей Москвитин. – Различных животных по специальным разрешениям отлавливают на свободе и сюда выпускают. Здесь они перестают быть собственностью государства и переходят в собственность охотничьего хозяйства. На этой территории можно охотиться в любое время года. Случись в округе какая-либо эпидемия, животные в вольере будут защищены и потом их можно будет выпустить в дикую природу для размножения. В Европе такие вольеры очень популярны».

Охота на кабана в нашем регионе длится с 1 июня по 28 февраля. Мы же приехали на «охоту» в начале марта, отстрел уже под запретом. Лес ещё спит, но снега нет. Кабанов нигде не видно, только их следы.

Впрочем, в сам лес мы попали позднее, сначала нам показали место для разделки дичи. Это небольшой ангар, всё там обустроено в соответствии с санитарными требованиями. Убитое (охотники говорят деликатнее – «отстрелянное» или добытое) в сезон охоты животное сразу кладут на непромокаемую подстилку, грузят в специальную машину и привозят сюда. Ветеринар берёт пробы на анализ, и после этого добыча окончательно разделывается.

Поблизости от охотничьей базы егеря обустроили кормушку для кабанов. Их кормят зерном. За сезон охотничье хозяйство расходует около 500 тонн зерна. Рядом в овраге протекает ручей, там кабаны утоляют жажду, принимают грязевые ванны. Кстати, сотрудники охотхозяйства добавляют в грязь инсектицид – креолин, чтобы избавить зверей от паразитов и оводов.

«Для того чтобы следить за состоянием популяции дикого кабана, необходимо наблюдать его в природе, регулярно делать анализы. АЧС может протекать остро, – просветил журналистов Сергей Александрович, – животное заболело и в течение нескольких дней погибает. Но сейчас вирус становится «хитрым», он менее агрессивен, не даёт о себе знать две недели и больше. Внешне кабан выглядит здоровым, а сам разносит заразу. Такая ситуация сейчас в Смоленской, Тверской областях. Для контроля над состоянием здоровья животных необходимо делать выборку. Проверить животных можно с помощью анализа крови, костного мозга. Есть и бескровные способы».

Легко сказать, у живого дикого зверя взять кровь. Но люди научились это делать. Например, в лесной чаще строят живоловушку. Насыпают внутрь еды, сдобренной успокоительным веществом. Пока кабанчик «вялый», у него можно взять анализ. Но что потом с ним делать? Отпустить? Анализ на АЧС делается минимум сутки. А вдруг животное больное, где его потом искать? Всё это время держать «арестанта» в живоловушке тоже нельзя, он начинает там биться и калечит себя. Когда же попадается сразу несколько кабанов, то случается вообще смертоубийство. Сплошные вопросы.

Проще обстоит дело с забором слюны. Хитрые люди придумали вымачивать верёвку в селёдочном рассоле, подвешивать её на доступную высоту и таким образом добывать желаемое. Кабан пожуёт верёвку, а анализ есть! Но снова возникает вопрос: который из кабанов лакомился верёвкой, где его искать, если обнаружится болезнь?

По словам Сергея Москвитина, руководство Россельхознадзора настаивает на возвращении субъектам РФ полномочия самостоятельно принимать решения об отстреле животных для мониторинга в тех случаях, когда ситуация требует незамедлительных действий.

Смотреть живоловушку мы поехали на одном из «уазиков». Иномарки здесь вообще не водятся, слабоваты для российских «направлений». Провожатые нас торопили, дорога, мол, окончательно раскиснет, застрянем. К счастью, лес оттаивает медленнее, но кидало нас всё равно здорово.

В этом лесу в войну шли бои, пилы лесорубов часто ломают зубья об осколки, застрявшие в стволах. Земля время от времени «выталкивает» ржавые снаряды, бывает, их откапывают кабаны, но ни один не погиб от военной находки.

Мы не волки

Шуметь в лесу нежелательно, да и не хочется. Сергей Москвитин в полголоса рассказал о кабаньей жизни. Животина эта смирная, если её не трогать. Наши провожатые, кстати, даже не взяли с собой ружей. В одном из небольших вольеров хозяйства с детства живёт кабанчик, на свободу выходит только в поиске самки, потом обратно возвращается. Любит конфеты, а фотографироваться не любит, отворачивается и уходит.

Брачный период у кабанов в ноябре-декабре. Уже появились первые поросятки-полосатики. Массовый опорос наступает в апреле. Стреляют обычно сеголеток. Самый большой «отход» бывает среди молодёжи (погибают по разным причинам), поэтому не рационально оставлять их в зиму. Сеголетки шустрые, могут мигрировать на относительно большие расстояния. Стрелять репродуктивных самок не выгодно, так как она способна дать минимум пять поросят. Взрослые особи являются держателями территории, поэтому их нельзя уничтожать.

«Отстреливаются в основном кабаны, родившиеся «сего лета», а репродуктивные особи оставляются. Особенно нужно беречь самок репродуктивного возраста. Большой ошибкой было, когда много отстреливалось самцов. Нещадно уничтожая взрослое поголовье, мы разрушаем социальную структуру стада, – разъяснил Сергей Александрович, – самки могут приносить потомство уже на следующий год, а бывает, при хорошей кормёжке, и в год рождения. Самец же становится половозрелым только к трём годам. Нужно формировать в зиму такую структуру, чтобы репродуктивное звено имело минимальную численность, но максимальные возможности принесения потомства».

Пофуражируемся в магазине

Как же трудно найти золотую середину! Защитникам леса приходится «раздваиваться». С одной стороны, стоит задача не загубить совсем поголовье кабана, с другой – не дать им сильно расплодиться. Как найти эту зыбкую грань? Уничтожать кабана вообще как вид нельзя.

«Если из природной среды изымается хотя бы один вид, неважно какой, то девять-десять рядом стоящих в ареале видов тоже будут уничтожены, – предостерёг Сергей Москвитин. – Вот вам пример. Среди копытных животных у нас есть кабан, косуля, олень европейский, лось. Общая численность их в области порядка 11-13 тысяч особей. На них открыта охота. В области у нас 30 с лишним тысяч охотников, которые имеют более 40 тысяч стволов оружия, более 2 миллионов боеприпасов, но официально охотятся на копытных около 3 тысяч человек. Сегодня именно кабан воспринимает основной пресс охоты человека. А если кабана не будет, что-то же надо стрелять. Есть такое понятие – правило фуражирования. Чем дальше путь поиска жертвы, тем больше охотник наделает бед в лесу. Бродит он, бродит и вдруг – косуля! Оглянется охотник по сторонам и не сможет сдержаться. У человека срабатывает природный закон фуражирования. Мы знаем это правило и сделали следующее. Чтобы человек и зверь быстрее встретились, посадили охотника на вышку, и зверя «подтянули» сюда же при помощи кормушки. Иначе охотник всё равно «сбраконьерит»».

Слаб человек, он действует по законам природы, инстинктивно. Конечно, это очень плохо. По словам Сергея Москвитина, из-за снижения численности кабана уже страдает косуля, незаконно стреляют оленей, стреляют всё живое, что попадается.

«Был у меня случай, – рассказывает собеседник. – Нашли растерзанную самку, рядом лежит ещё не родившийся пятнистый детёныш, неподалёку вторая самка, третья… Это так варварски орудовала стая волков. Не ела, а убивала. Почему? Потому что ситуация в природе была нестабильной, завтра наст растает, всё разрушится, по чернотропу добыть пропитание трудно, и стая инстинктивно заготавливает мясо. Так же и человек, он идёт в лес с ружьём, настроен стрелять, а кабана нет. Вместо кабана палит в то, что попадётся, тем самым ещё больше усугубляет ситуацию нестабильности. В конечном итоге, нарушая равновесие в природе, человек наносит вред себе».

В живоловушке нас никто не ждал (оказывается, у кабанов обед после обеда, наверное, отсюда пошло выражение – свинячий полдень.) Ну и хорошо. Пусть себе живут и здравствуют все лесные обитатели.

 

 

Ирина Селюкова